Че-ло-век! Надо уважать человека! Не жалеть... не унижать его жалостью... уважать надо! Выпьем за человека, Барон! (Встает.) Хорошо это... чувствовать себя человеком!.. Я - арестант, убийца, шулер... ну, да! Когда я иду по улице, люди смотрят на меня как на жулика... и сторонятся и оглядываются... и часто говорят мне - "Мерзавец! Шарлатан! Работай!" Работать? Для чего? Чтобы быть сытым? (Хохочет.) Я всегда презирал людей, которые слишком заботятся о том, чтобы быть сытыми... Не в этом дело, Барон! Не в этом дело! Человек - выше! Человек - выше сытости!.. (Максим Горький "На дне")

Когда-то, еще – наверное – год нзад так же рассуждали и наши бродяги. Я уже писал где-то, что Павелецкий – был местом уединенных размышлений, пристанищем филосо́фов, лицеем среди вокзалов. Теперь все не так. Поглядите на карточки. У фургончика с едой серьезная очередь, много – слишком даже много – мужиков, а злость (если б можно было ее измерить в каких-нибудь тоннах или ваттах) существет тут всегда с приставкой мега.

Мегаватты злости.
Мегатонны отчаянья.
Мегалиты из прожитых в тщетности дней. Они как кирпичики сложились в огромный казимат, откуда не вырваться, не убежать.

Ей 60 лет. Уже 10 она живет между вокзалом и какой-нибудь очередной круглосуточной палаткой с баблгамом и гондонами.
– Сними меня. Меня сними. Напиши, как я все потеряла. Как работала в ОТК в Нижнем Тагиле, потом – от дура! – рванула за мужем в Казахстан, и там нас застал развал.
Я все потеряла, ничего нет у меня. Ничего. Но я все равно буду бороться. До конца. До последнего. Иди у Лизы попроси для меня шампунь какой-нибудь. Сына только жалко. Сына. Такой же вот как ты – высокий. Был баскетболистом. Теперь пьет. Уже 5 лет пьет то там, то сям. Погибнет.
– А ты знаешь, что в Сибири можно дом в деревне за 3000 рублей купить? Там и работа будет. И земля.
– Да?! Запиши мне адрес.
Пишу: Курганская область, деревни Пьянково и Расковалово, председатель сельсовета Саша.
Аккуратно сворачивает листок, чтоб через пару часов выбросить его в лужу и забыть о доме.
Тут их дом.

Бабушка, похожая на кильку залезает в неотложку.
– Дорогая моя, что у тебя с ногой? Ты что тоже туалетной бумагой перевязывала?
– Лиз, ты что?! (оскорбленно) Это – глянцевый журнал!

Настырный казах подходит ко мне.
– А ты наверное – отец.
– Прости пожалуйста, чей отец?
– Ну, этот. Как его. Православный.
– А. Нет. Во всяком случае пока.







































© nataljusha






© nataljusha











Вчера утром doctor_liza написала в своём дневнике: " Больных стало больше. Бездомных тоже. Кризис это, или совпадение, я не знаю. Для тех, кто придёт в пятницу и хочет помочь нашим больным - [по ссылке] список медикаментов и средств ухода за больными." Я же по-прежнему прошу вас: не выбрасывайте старые шмотки. Просто позвоните мне или завезите к нам в подвал. Это Пятницкая улица, дом 17/4, стр. 1. Телефон - 589-77-92
Короткий номер смс-пожертвований 1005 с текстом: ДЛ. Стоит смска 90 р. без налога.

И еще нужна еда. Ее всегда не хватает. Если у кого-то из вас есть какое-то продуктовое производство, ресторан или что-то в этом духе. Я знаю сколько тонн (!!!) вполне себе пригодной жрачки по санитарным нормам выливается вами в сток, выбрасывается в канаву. Не делайте так. Позвоните мне. Нам очень надо.