Антон Красовский (krasovkin) wrote,
Антон Красовский
krasovkin

Categories:

Римма умерла

...Ну и не надо.
Ну и простимся.
Руки в пространство протянуты слепо.
Как мы от этой муки проспимся?
Холодно справа.
Холодно слева.
Пусто.

Три Риммы
Три Риммы


Маленькая женщина, с прокуренной грубой гортанью, тугими болезненными венами и артритыми пальцами, вцепившимися в стекляшку коньяку. "Мальчишки, выпейте с дамами", - она выпускала дым в глаза девятнадцатилетним пацанам, потом отходила к столику где сидел какой-нибудь Айвазян или Мускатблит, или - может - Белла Ахатовна. Она чертила формулы по пестрому залу ресторана ЦДЛ и все улыбались: "Наша-то, наша. Риммка". Римма Федоровна. Отец зачем-то назвал ее РЭМО - Революция, Электрификация, Мировой Октябрь, так и бегала Рэмкой до двадцати, пока в Ленинграде - уже на втором курсе - не записалась Риммой.

Жила девчонка. И любви ждала.
Не это ли и значит, что - жила?

Ну а какая любовь с кличкой собачонки? То был истфак ЛГУ, и белые ночи с видом на Исаакий, и гул порта где-то справа, и разведенный Дворцовый мост. Вот-вот сведут, и, взявшись за руки, они бегут с подругами по прохладной брусчатке навстречу той стороне реки, где ждет их странная жизнь. Такая большая и такая своя.

Из первых рук, из первых рук
я получила жизнь, как глобус,
где круг зачеркивает круг
и рядом с тишиною - пропасть.

Из первых губ, из первых губ
я поняла любви всесильность.
Был кто-то груб, а кто-то глуп,
но я - не с ними, с ней носилась!

А потом был зябкий Хабаровск, и китайский Амур, и желание вырваться во что бы то ни стало. И она вырвалась, выкарабкалась, сквозь степь, продираясь через тайгу и сплетни пробралась в Москву, пришла на Тверской бульвар и стала поэтом. И начались ночи Политеха, и пьяные шалости, и взрослый ноющий мир.

У нас уже - не куклы и не мячики,
а, как когда-то грезилось давно,
нас в темных парках угощают мальчики
качелями, и квасом, и кино.

Какая глупость! Это она написала в 48 лет. Какой квас? Римма Федоровна! Все было веселей, все было весело всегда. Даже в последние дни, когда денег почти не было, она не унывала: "Я женщина не юная, но еще надеюсь на любовь. На то, что кто-нибудь на меня посмотрит и поймет, что всю жизнь ждал и искал. Это меня не только держит на плаву, но и ведет. Любовь - движитель всего. Из нее вырастают и цветы на подоконнике, и стихи, даже суп, который я варю, - от любви. Внучка спрашивает: "Как ты делаешь такой вкусный суп?" - "Потому что люблю тебя". И это действительно так".

Переходы, перегрузки,
долгий путь домой...
Вспоминай меня без грусти,
ненаглядный мой.

Римма Федоровна, спасибо за тот коньяк. И, Егор, мои Вам соболезнования.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments